Архим. Константин Зайцев: «Со-существование» — с кем?

Мир, Богом сотворенный, не образует чего-то единого. Одарив высшие существа даром свободы, Господь открыл им возможность использования этого божественного дара и во зло. Свобода, это — выбор. Единственно приятный Богу образ со-существования с Ним сотворенных Им словесных существ, это — разумно-сознательное Богообщение. Отсюда вывод неотвратимый: по признаку свободного выбора своей судьбы существами, одаренными даром свободы, делится мир на спасающихся и гибнущих. Так произошло в мире ангельском, и как ересь отвергнута Церковью учение одного из величайших столпов Церкви, Оригена, о воссоединении Сатаны и падших с ним ангелов с Богом. Так обстоит дело и с человечеством, которое от века делится на сынов Божиих и сынов противления, в зависимости от того, куда склоняется, в конечном итоге, выбор человека: к со-существованию с Богом, или к со-существованию с Сатаною.

Ветхий Завет, отчетливо обособляя путь жизни и путь смерти, между которыми делает свой выбор человек, не раскрывал картины борьбы вокруг души человеческой сил Света и сил Тьмы. Только Новый Завет обнаружил тайну домостроительства спасения душ человеческих. Открыты объятия Христа Распятого, и каждого готов Спаситель вознести с Собою на Небо, но тут же теснится все войско сатанино, весь смысл своего существования видя в задаче отвлечения человека от пути спасения. И поприще жизни каждого человека являет собою борьбу с Врагом, все могущественные свои силы обращающим на то, чтобы живущий после грехопадения в душе каждого человека грех, разлившийся и по всему миру, сделать природой человека, тем отвратив его окончательно от Христа. Семечко осталось в душе спасительного покаяния—отмолит каждого Церковь. Но безсильна она в деле спасения тех, кто не хочет спасаться: гибель ждет их.

Все меньше становится, с приближением мира к своему концу, спасающихся: отвращается мир от Христа, следуя за лже-Христами и лже-пророками. Настанет момент, когда не для кого будет и существовать миру. На радость тем немногим, кто останется Ему верным, явится Спаситель, в образе Судии-Мздовоздаятеля — и побеждены будут получившие уже полное господство в мире силы Зла, нашедшие себе вождя в образе Антихриста. Обособится тогда Свет Вечной Жизни и мрак Вечной Смерти — страшной смерти второй…

Далеко ли это время? Не ведомо то никому. Но то, что близится оно, тому порукою служит именно то, что эти «азбучные» истины, спасительным огнем прожигающие сознание христианина — в забвении находятся. И это — пред лицом торжествующего Зла, воцарившегося в Красной Москве и с такой победоносной настойчивостью распространяющего свое господство, что вопросом обозримого будущего является подчинение им себе всей вселенной. И убивается энергия сопротивления этому Злу именно идейным отрицанием того судьбоносного выбора, который, пред лицом этого Зла, встает пред человеком. Под этим углом зрения только и можно по достоинству оценить зловещую суть лозунга «со-существования», брошенного в мир, как платформа взаимоотношения между миром свободным и миром, подпавшим под пяту Зверя. В плане духовном, это — отвержение Христа.

Видели мы какой темный тенью повис этот лозунг над Эванстоном [на экуменической ассамблее – ред. Эсх.]. И в других явлениях получает он выражение, пусть менее бросающихся в глаза, но тем более значительных.

Разделена Германия. Свободна часть ее, под пятой Зверя — другая. Какой может быть единственно задача немцев-христиан? Любой ценою, но освободить захваченную Зверем часть Германии от его лап. Пока этого нет, остается тем, кто находятся под пятой Зверя, спасать свои души, ясный отчет себе отдавая, под КАКОЙ властью находятся они. Открыто бороться, активно действовать, используя свою свободу для противостояния Зверю и конечного низвержения его — то удел лишь свободных немцев. Но СТЕНА должна стоять между двумя Германиями, как между двумя мирами, открыто не способными соприкасаться. Ибо ТАМ всякое открытое высказывание, в общении с ХРИСТИАНСКИМ свободным миром, явится обнаружением своей иноприродности власти Зверя. Это есть сознательное, намеренное исповедничество, готовое принять венец мученический. Если ТАК мыслится взаимообщение обеих Германий — то путь спасения. А если нет? Если это общение воспринимается, как нечто нейтральное, обыденное, аполитическое, выносимое за рамки борьбы со Зверем, а имеющее некое иное содержание, самостоятельное, общеполитическое — или обще церковное, все одно — тогда что? Ведь в отношении к людям честно «оттуда» приходящим подобное приглашение есть акт — независимо от субъективных намерений людей «отсюда» — объективной провокации. А покупается этот страшный результат чем? Соглашательством свободных людей со Зверем, активным «со-существованием» с ним и, следовательно, отвержением Христа. Протянутая сквозь железный занавес рука, соединяющая христиан «отсюда» и «оттуда», есть акт свободного выбора, знаменующего отказ видеть истину в ее подлинном виде, есть сознательное пренебрежение ею, намеренное закрытие глаз на нее. А эта страшная истина знаменует что? То именно, что «там» свободы уже нет и что иначе протекает путь спасения людей. Как? — неведомо то нам, на свободе находящимся. Ибо «там» люди уже находятся в лапах Зверя. Во-вне там правды не найдешь, царствует «там» Ложь нераздельно. Поэтому подобное рукопожатие есть — независимо, повторяем, от субъективных намерений христиан «отсюда» — Иудин поцелуй, отдающий братий на пропятие. А, вместе с тем, является такой акт и признанием Зверя — свободным, а потому способным наложить печать антихристову на тех, кто — опять таки, независимо от субъективных намерений — но идут на соглашательство со Зверем…

Не отдают себе отчета в этом ни протестанты, ни католики.

Был протестантский съезд Германии в Лейпциге, на территории Зверя, разрешенный им под условием отсутствия «политики». Тщательно спрятаны были когти Зверя, пока шел съезд, и открыта была возможность молитвенного общения огромных масс, и местных и приехавших, проходившего с подлинным горением, умилявшим участников. Говорились речи на съезде, иногда открыто разоблачавшие тьму подсоветской жизни. Простодушно раскрывались тем самым пред Зверем люди и дела — на предмет дальнейших его действий, каких — легко понять. А между тем, фактом такого «успешного» съезда, объединившего обе Германии, упраздняема была в сознании немцев-христиан — для чего Зверем и разрешен был этот съезд! — единственная подлинная проблема дня: задача уразумения ими того, что владеет восточной Германией Зверь, т. е. абсолютное Зло, Сатана, Антихрист. Спасать надо свои души от него всем, но по-разному, совсем по-разному, тем, кто еще на свободе, и тем, кто уже в его лапах. Затушевано было в сознании немцев то, что прибывая в Лейпциг, свободные немцы-христиане совершают акт признания Зверя, поклоняются ему, осуществляют практически губительную политику «со-существования» с ним. Не случайно тут же поехали в СССР некоторые вожди протестантизма, чтобы потом свидетельствовать в пользу Зверя в Эванстоне — и теперь уже не группа то каких-то духовных отщепенцев, как то можно было раньше говорить. Как бы делегаты то протестантизма в целом «свободного». Что кто может возразить им — принципиально, после Лейпцига? Со-существование — явлено, то факт реальный.

А следом — съезд католический в Фульда, на территории Западной Германии, но с участием нескольких десятков тысяч католиков с Востока, в силу чего, как гласит отчет съезда, с особой осторожностью велись прения на известные темы. Провокация тут не имела такого массового и явного характера, но еще с большей силой обнаружилась соглашательская ложь «со-существования». Тема съезда не ложь коммунизма, а нехристианский дух времени. В огромном отчете о съезде, помещенном в Хердер Корреспонденц, ни слова о коммунизме, точно нет его на свете. В другом отчете нашли мы привет съезду Аденауэра — единственное упоминание о задаче борьбы с мировым коммунизмом, исходящее от человека светского и вне стоящего! Масса слов на все возможные темы, какие только можно придумать; общие фразы о проповеди слова Божия, до последних краев земли, под чем понимается миссионерство в странах Азии и Африки (Папа спать не может при мысли, что там еще сотни миллионов, ищущих Бога!); забота об обращении России в «восточный обряд»; посвящение Пречистой Деве Германии — на смущение протестантского мира. Много чего было сказано, в том составе и здравого и общеполезного. Но об очаге Зла, возникшем и укрепившемся в Кремле и о борьбе с ним, о необходимости, для спасения мира, разрушения этого страшнаго очага и высвобождения из под его власти гибнущего мира — НИ СЛОВА! «Со-существование» со Зверем признано и здесь…

И тут же приведем картину, еще более наглядную, того страшного, что происходит в мире. Очередной пред нами номер немецкого церковного издания группы протестантов, проповедующей уже открыто и убежденно с Нимеллером во главе, идею «со-существования» со Зверем. Передовая здесь под заголовком: «Христианский» тоталитаризм. Темой ее служит возникшая в США секта Бахаи, связанная с Исламом, объединяющая все религии и во главе «пророков» имеющая некоего перса Баха, жившего в прошлом веке. Близкое тут могут найти себе и христиане, и евреи, и буддисты, и магометане, и теософы, и масоны, с полным отказом от догматики, с всецелой терпимостью ко всем и с советами тут же по гигиене и охране здоровья. «Национальный духовный Совет Бахаи в Германии и Австрии» задумал выстроить в окрестностях Франкфурта на Майне первый в Европе храм — на подобие того, который существует в Чикаго. Объявлен сбор, который должен принести 3 милл. долларов. Храм будет в сорок метров в вышину и будет иметь 1000 сидячих мест. В ответ на эту затею, проснулся — к ужасу нимеллеровцев! — «христианский тоталитаризм». Протест заявили местные евангелические общины, объединившись с католиками: религиозная свобода в Германии не на то существует, чтобы в стране, где 90 % христиан, возникал гигантский антихристианский центр.

Негодованием пылает передовая: для всех формально дана свобода; воображение, будто в Германии 90 % христиан; возмутительно объединение протестантов с католиками; забыли евангелисты, как сами терпели притеснения. Не нуждается церковь ни в чьей защите, а тоталитаризм плох — откуда бы он ни приходил.

Когда внешняя сила обрушивается на Христа — спокойно взирают на то люди, «со-существование» со Зверем принявшие за правило своего поведения. Когда же на защиту Христа поднимаются христиане — гневом исполняются сердца соглашателей со Зверем: не нуждается Христос в защите. Непротивление Злу проповедуется последовательно, и спокойно взирается на завоевание Злом мира.

Ниже найдет читатель статью еп. Аверкия об Антихристе. Прочтет он и обзор американской церковности протестантской, сделанный по данным «передового» церковника — американца. Пусть сопоставит он весь этот материал — и задумается: где-же Христос в современном мире? И пусть со смиренной и светлой радостью преклонит колена пред Творцом и Промыслителем его спасения, в благодарном сознании того, что сподобил его Господь быть чадом истинной Церкви, которая готова, и в полном одиночестве остаться, и в катакомбы спуститься, но не откажется от своего «со-существования» со Христом и только с Ним.

1954 г.

Источник