Агафангел Пашковский, митр.: Откуда произошли патриархийные «старцы»?

Как писал Ф.М. Достоевский в романе Братья Карамазовы: «Старец – это берущий вашу душу, вашу волю в свою душу и в свою волю. Избрав старца, вы от своей воли отрешаетесь и отдаёте её ему в полное послушание, с полным самоотрешением».

Старчество

Путь к спасению о котором писал Достоевский был возможен в особые времена духовного подъёма в какой-либо определённой обители в условиях, когда рядом есть реальное истинное православное сообщество – достаточное количество по-настоящему духовных людей могущих авторитетно дать объективную оценку происходящему и, если надо, обличить взявшегося старчествовать человека, который незаметно для себя мог бы выйти за пределы Божьей воли в область своеволия и, таким образом, погубить себя и тех, кто думают, что спасаются его наставлениями.

Поэтому старчество – явление не индивидуальное, а исключительно коллективное, явление, возможное только в здоровом православном сообществе. Так, в некоторых древних монастырях были игумены и духовники, исполнение воли которых являлось обязательными для простых монахов и вело их ко спасению (в Свято-Троицком монастыре в Джорданвилле и в других монастырях РПЦЗ такого уже не было – времена, когда это было возможно, давно прошли).

В древней первенствующей Церкви не было старцев – были Апостолы, епископы, пресвитеры, диаконы и миряне, принявшие в крещении Духа Святого – но «старцев» там не было, не упоминается о них и в Священном Писании.

Cтарчество на Руси, как явление общности святых подвижников, проявилось в Оптиной пустыни на рубеже XIX–XX веков, там же оно и прекратилось. Это был недолгий период, когда на Россию надвигалась богоборческая революция и Господь приоткрыл народу Своих святых угодников, чтобы удержать от падения в бездну тех немногих, кого ещё можно было удержать. В числе этих явленных угодников был святой праведный Иоанн Кронштадтский, позже были новомученики – архиереи, священники, монашествующие и миряне, даже дети, которые своим подвигом веры и исповедничества многим дали пример стойкости в гонениях за Христа. При этом, такие чтимые преподобные подвижники, как Серафим Саровский, святые отцы Киево-Печерские и другие, жившие в монастырях, к категории старцев не относятся и их никогда к ним не относили. Старчество в Оптиной пустыни было в ряду многих других свидетельств истинной православной веры перед лицом безбожия (да и сам Достоевский являлся своего рода пророком для определённого круга верующей интеллигенции). Последним из живших в России старцев, как это признавали катакомбники (у самих катакомбников старчества и старцев не было), был Нектарий Оптинский, который обличал отступника Сергия Страгородского.

* * *

В Русской Православной Церкви Заграницей также не было старцев и старчества и само это явление считалось и считается у нас духовно болезненным и нездоровым, разновидностью одной из фундаментальных духовных болезней – прелести. Причём подвергаются прелести прежде всего те, кто мнят себя наделёнными особыми дарами, среди таковых могут встречаться не только священнослужители, но и монашествующие, а также миряне и мирянки. И во вторую очередь в прелесть впадают воспринимающие подобных людей в качестве «старцев», или же «предсказателей», «провещателей», «целителей» и тому подобное – тут уже нет особой разницы. У нас в РПЦЗ любые попытки старчествовать категорически пресекались (правда, и у нас был свой не старец, а известный юродивый – Лёвушка Джорданвильский, но это совсем другое). Могут быть, конечно, здравые духовно авторитетные и опытные люди, но отношение должно к ним быть как к братьям и отцам, а не как к особым старцам. Например, у нас однажды на Соборе обсуждалась кандидатура нового епископа, но свидетельство о том, что кандидат не то, что старчествует, а всего лишь склонен старчествовать, сразу же сняло его кандидатуру с повестки и больше она никогда не обсуждалась.

Лжестарчество

Ещё святитель Игнатий Брянчанинов в книге «Приношение современному монашеству» (ч.2, г.12) пишет о том, что в то время, когда он жил (первая половина – средина XIXвека) не было уже послушания «старцам в том виде, в каком оно было у древнего монашества; такое послушание не дано нашему времени».

До последнего времени «старцев» в такой организации, как Московская Патриархия не было, раньше изредка в тяжёлые советские времена там встречались блаженные или юродивые, как люди не от мира сего – это, наверное, было единственное возможное вынужденное пребывание в МП людей искренне и сильно верующих. Причём, некоторые из блаженных не причащались в МП, хоть и посещали службы стоя в притворе (как в Одессе Иван Петрович Жуковский /+1960/). Это можно понять – в СССР проще было совестливому человеку, если его окружающие считали «не в своём уме» (хоть, на самом деле, они-то и были в трезвом уме).

Сейчас «старец», как его понимают многие простые люди на постсоветском пространстве – это явленный святой, небожитель посреди людей, или, можно даже так сказать, представитель Бога на земле – человек, имеющий непосредственный прямой контакт с Богом, мудрый вещун, прорицатель и предсказатель.

Я предполагаю, что такое отношение к «старцам» возникло в среде постсоветского общества из всеобщего неверия, в котором наш несчастный народ вышел из атеистического СССР, и такой советский ещё человек, лично в Бога не верующий, желает хоть посмотреть на того, кто непосредственно с Богом общается.

В таком болезненном состоянии общества, как его результат, в МП начал активно развиваться культ «старцев», уже как особого явления, призванного свидетельствовать прежде всего о том, что МП есть истинная Церковь Христова, и все её пороки и отступления от православия суть незначительны и второстепенны – «старцы», якобы, своим присутствием покрывают все существующие в ней недостатки. Главный принцип культивируемого в МП старцепоклонничества – «послушание выше поста и молитвы», то есть, послушание человеку выше, чем послушание Богу (вопреки: «Не делайтесь рабами человеков» /1Кор 7.23/). Такой принцип снимает все вопросы и сомнения касательно священноначалия и делает простого верующего человека бессловесным рабом церковных чиновников.

Правда, в последнее время «старчество» в МП стало «выходить из-под контроля», и новые авторитеты из народа не очень желают считаться с «свысока поставленными». В наши дни «старцы» даже стали проблемой Московской Патриархии и, при поддержке простых верующих, постепенно переходят в прямую оппозицию действующему священноначалию, тем более, что это священноначалие, действительно, вполне заслуживает очень серьёзной критики.

* * *

Поскольку, как я писал выше, подлинное старчество явление не индивидуальное, а коллективное, следует определить, является ли Московская Патриархия духовной средой, в которой могут появиться настоящие старцы? Здесь ответ может быть только отрицательный. Весь путь Московской Патриархии, к сожалению, есть путь лжи и компромисса, – от начала своего возникновения с момента подписания в 1927 году митрополитом Сергием (Страгородским) предательской Декларации и позже, когда руководство Московской Патриархией зачислено Сталиным в 1943 году в число подчинённых госаппарату богоборческого антихристианского СССР. Принятие ересей экуменизма и сергианства, отрицание гонений на веру в СССР и участие в гонениях на Катакомбную Церковь, клевета на Зарубежную Церковь, соработничество с карательными госорганами, ереси и нравственное разложение священноначалия (о чём рассказывает протодиакон Андрей Кураев) и многое другое, с чем Московская Патриархия живёт и не желает расставаться, делает саму среду в ней нехристианской.

Находясь в том или ином сообществе, невозможно быть от него духовно отделённым – как невозможно войти в место с сильным запахом и выйти оттуда, не пропитавшись этим запахом. Находясь в определённой среде, будь то Церковь, секта или преступная группировка, невозможно не иметь никакой духовной связи с другими членами этого сообщества – на каждого человека накладываются все личности того общества, в котором он состоит. Не зря христиане молятся друг за друга – между нами существует реальная связь, реальное единство, как неоднократно подчёркивал митрополит Антоний (Храповицкий), все вместе мы составляем, наподобие Ангельского чина – особый Чин земной воинствующей Церкви, потому каждый из нас ответственен за ближнего и за всю Церковь – как за всё хорошее, что в ней есть, так и за всё плохое, что мы видим, но не принимаем мер к очищению и охранению народа Божьего. Об этом сказано в Священном Писании: «У множества же уверовавших было одно сердце и одна душа» (Деян 4.32). Потому, Священное Писание указывает не находиться христианам в среде развращённых и закоренелых грешников. Апостол Павел: «Не обманывайтесь: худые сообщества развращают добрые нравы» (1Кор 15.33). Христианам предписано исторгать из своей среды неисправимых грешников: «Извергните развращённого из среды вас» (1Кор 5.12). Также христианам предписывается уходить из сообщества закоренелых грешников: «Выйдите из среды их и отделитесь, говорит Господь, и не прикасайтесь к нечистому» (2Кор 6.17).

В Откровении Иоанна Богослова содержится призыв к христианам покинуть лже-церковь, «великую блудницу»: «И услышал я иной голос с неба, говорящий: выйди от неё, народ Мой, чтобы не участвовать вам в грехах её и не подвергнуться язвам её» (Откр 18.4).

Церковь запрещает своим чадам даже молиться за определённых грешников (например, самоубийц) или нехристиан – из опасения приобщиться к их грехам или отступничеству, поскольку между молящимся и тем, за кого молятся, устанавливается взаимосвязь.

* * *

О лже-старцах писал Игнатий Брянчанинов: «Старцы, которые принимают на себя роль древних святых старцев, не имея их духовных дарований, да ведают, что самое их намерение, самые мысли и понятия их о великом иноческом делании – послушании суть ложные, что самый их образ мыслей, их разум, их знание суть самообольщение и бесовская прелесть, которая не может не дать соответствующего себе плода в наставляемом ими». Святитель Игнатий указывает, что не может быть иного послушания, кроме как послушания Богу, и послушание старцу должно быть по сути послушанием Богу, только под видом послушания старцу, и что в его времена таких старцев нет. Это писал святитель, находясь в подлинной Православной Церкви, в Царской России. Что говорить о нынешнем времени?

«Старчество» в МП является одним из следствий ереси сергианства, как своего рода реакция на предательство и отступничество священноначалия. Однако, как указывают нам Господь Иисус Христос и Священное Писание, со злом надо не бороться, а от зла удаляться: «Когда же будут гнать вас в одном городе, бегите в другой» (Мф 10.23); «Уклоняйся от зла и делай добро» (Пс 33.15). Но, патриархийные «старцы» не могут лишиться того почётного (почитаемого) положения, которое имеют в МП и, поэтому, вынуждены оправдывать беззаконие фактом своего пребывания в этом беззаконии.

Откуда произошли патриархийные «старцы»?

Помню, как в 80-е годы вдруг возник интерес к патриархийным «старцам» – появился какой-то особый исповедник МП Всеволод Шпиллер (о нём даже в ЖМП была статья), совершенно очевидно, что появился в противовес начавшим хождение в те годы рукописям из Катакомбной Церкви, и вот уже Шпиллер – якобы, это тот самый о. Арсений, о котором была одна из рукописей. Сейчас я хорошо понимаю, что происходила КГБ-шная подмена – тогда кремлёвские кураторы Московской Патриархии опасались авторитета Катакомбной Церкви, и, для противопоставления, в качестве альтернативы, стали придумывать «катакомбников» в среде своей подконтрольной организации.

Я вполне допускаю, что «старцы» в МП возникли в СССР как КГБ-проект ради нейтрализации авторитета Катакомбной Церкви. Дискредитация Катакомбной Церкви – достаточно веская причина образования этой группы «святых» МП-персоналий.

Было бы неплохо более детально разобрать само возникновение советского «старчества», но это не предмет рассмотрения этой статьи. Как вспоминается, в первое время в этой группе советских «святых» оказались «старцы», которые позже были уличены в сотрудничестве с КГБ.

* * *

Как бы то ни было, но часто, к сожалению, советские проекты удавались, и многие тянувшиеся к вере люди, стали к этим искусственным «старцам» специально ездить и придавать особое значение всему, что они говорили (с доверительной подачи «авторитетных» протоиереев МП). Я не исключаю того, что эти «старцы» могли кому-то помочь и вразумить на своём уровне. Но мне запомнился случай, когда знакомый у такого фальшивого старца спросил, не является ли грехом на выборах голосовать за советских кандидатов-коммунистов (тогда других к выборам не допускали). Известный и чтимый «старец» на это ответил, что голосовать нужно обязательно, но бюллетень в избирательную урну следует опускать левой рукой – тогда это не грех. Я думаю, в этом суть советского и современного «старчества».

+ Митрополит Агафангел, 2021 год